Свидетельства. Письма о приходе к Богу

«В моем приходе к вере не было страшных потрясений, мучительнейшего поиска с вереницей бессонных ночей и неожиданных чудес.

В детстве каждое лето я проводил в деревне у бабушки с дедушкой. Они были баптисты и всегда брали меня с собой на свои «собрания» — воскресные встречи верующих в молитвенном доме. Там я впервые услышал о Боге, Библии и Иисусе Христе.
Дома я любил играть с бабушкой и дедушкой «в собрание» — я читал вслух Библию, прерывая чтение шутливыми замечаниями вроде: «Не спите, сестра», которые мне доводилось слышать в их церкви. Бабушка с дедушкой охотно подыгрывали мне, считая безусловна положительным и такое, наивно-детское восприятие их веры. Как-то раз мой дядя, живший с бабушкой в одной деревне, спросил меня: «Ты что, веришь в эти бабушкины сказки? Разве не знаешь, что космонавты летали на небо и не видели там никакого Бога?»

Не знаю точно, была ли моя вера в тот раз сильно поколеблена, помню лишь, что я ничего не смог ему ответить. И когда в наш первый класс зашла комиссия из гороно и нам, семилеткам, задали вопрос, верит ли кто-нибудь из присутствующих в Бога, я испуганно молчал, памятуя историю с космонавтами. А потом кто-то из комиссии задал второй вопрос: «Верят ли у вас родители или, может быть, родственники, в Бога?». Моя рука тут же взметнулась вверх. Я был честный ребенок, которого всегда учили говорить только правду. После моего ответа (Да, моя бабушка верит в Бога) в классе повисла неловкая тишина. Учительница пыталась как-то поправить положение, уверяя членов комиссии, что я что-то напутал. Вечером она позвонила нам домой и долго говорила моей маме, что совсем не ожидала от меня — отличника и примерного ученика — такого поведения. После разговора с родителями я стал подозревать, что в мире взрослых что-то неладно, если они заставляют врать, хотя и учат быть честными…
После этого случая родители, до тех пор спокойно смотревшие на мои походы «на собрание», стали запрещать бабушке брать меня с собой…. А потом было пионерское детство и комсомольская юность, перестройка, стремление изменить мир. Я стал забывать о Боге, увлекшись чтением книг о революционерах и разведчиках. Но эйфория гласности и перестройки вскоре спала, и я вновь увидел, что мир взрослых (сам я тогда заканчивал школу) по-прежнему лжив: они говорили о перестройке, демократии и свободе, но все это были лишь слова: как-то раз, лишь за использование на встрече комсомольского актива нашего города с партийными боссами библейской метафоры о новом вине, которое не стоит вливать в старые мехи, меня вызвали в горком комсомола и сделали внушение об «опиуме для народа»…

В то время я стал интересоваться философией и даже хотел поступать на философский факультет в Уральский университет. Чтобы получше познакомиться с жизнью студентов, мы с друзьями поехали в Свердловск, где провели несколько дней: ходили на лекции, общались со студентами, обедали в столовой и т.д. Философы сильно разочаровали меня — они занимались чем угодно, но только не философией, которая, как считал я, должна пытаться ответить на вопрос о смысле жизни. Основным же критерием философа в УрГУ в то время, как показалось мне, было участие в Уральском народном фронте. Я понял, что в УрГУ я поступать не буду.
Вскоре мой старший друг и учитель, с которым мы вместе читали и обсуждали философские книжки, стал говорить со мной о христианстве. Под его влиянием я вновь взял в руки Библию, которую мне подарила бабушка и стал читать. Тогда я пытался найти в жизни то, что сформулировал для себя как «нравственная чистота в идеале». Читая Библию, я понял, что если искомое мною и существует на свете, то это должно быть христианство. Повторяю, все проходило достаточно ровно, без каких-то особо примечательных событий и происшествий. Я рассуждал примерно так: даже если Бога нет, я ничего не теряю, живя по христианским законам, но если же Он все-таки есть — я приобретаю нечто такое, что нигде и никогда не смогу получить.
Я был тогда далек от православия, тем более, что мое «баптистское прошлое» привило мне довольно критическое отношение к постам, папам и иконам. Даже вся христианская литература, которую я читал в то время, была отнюдь не православной. Это были либо протестантские брошюрки, либо произведения классиков художественной литературы о религии. Очень сильно на меня повлияла «Исповедь» Л.Толстого, а также книга Франсуа Мориака «Жизнь Иисуса», которую я до сих пор считаю весьма интересной и полезной. К православию же я пришел опять же как-то тихо, без особых потрясений и душевных мук.

Венчался мой друг, и меня попросили быть свидетелем. Поскольку в детстве меня крестили, то от меня требовалось лишь надеть нательный крестик. Презрев мои баптистские взгляды, я так и сделал. И больше с тех пор никогда креста не снимал. Я вдруг ощутил необходимость его ношения. В этом чувстве не было ничего мистического, не могу назвать его и глубоко продуманным шагом — тогда я слабо понимал смысл православной символики — просто решил, что буду «с крестом»…

Уже потом, поступив в институт, я стал захаживать в церковь: я же носил крест, считал себя православным, а православные должны ходить на службы. Это было, пожалуй, основным побудительным мотивом к посещению Богослужений. Параллельно с посещением воскресных служб я стал читать появившуюся тогда православную литературу, после чего стал еще больше бывать в храме. Мне стало открываться духовное богатство православия. Тогда-то я и столкнулся с первыми серьезными трудностями, первыми искушениями, как они именуются в православной Церкви.

Не могу сказать, что мне сейчас легко, и что меня никогда не посещают мысли о правильности выбранного пути. Но когда я размышляю о своем прошлом, то в описанном мной простом пути вижу глубочайший смысл, вижу, как моя жизнь преображается, наполняясь этим смыслом, и я с радостью говорю: «Слава Богу, что мне открыт этот мир, это богатство, доставшееся мне даром. Просто потому, что когда-то я надел крест».

Роман, 22 года


***

В детстве, примерно лет в 10-12, я увидел страшный сон.

Он был очень явный, с полным эффектом присутствия. Приснилось, что мы с мамой едем в метро. Поезд проходит тоннель, людей в вагоне мало. Мы стоим у дверей с надписью «не прислоняться», и я держусь за мамину руку.
Внезапно я ощущаю, что рука моя упала в пустоту.

Я оглянулся и обнаружил, что мамы рядом нет, вообще — ее нет в вагоне! Я беспомощно озираюсь, и нарастает страх. И вдруг вижу — мамино отражение в дверном стекле — она смотрит на меня и растворяется, исчезает. Я почему-то понимаю, что это она умерла. Мне стало жутко, а потом еще хуже: я почувствовал, что нечто приближается и ко мне, что смерть сейчас «высосет» за стекло и меня!

Изо всех сил я вцепился в поручень, крепко-крепко!, и увидел, как мои руки проходят сквозь металл. Железный поручень стал словно бесплотный, голова закружилась, меня потянуло к дверям. Я хотел кричать, но не мог, а люди в вагоне не смотрели на меня (или уже не видели?!).

Я подумал, что сейчас умру — и проснулся. Этот сон долго оставался в памяти.

Прошло время, школа, институт, армия — постепенно я стал вникать в тогда еще запретные, религиозные темы. Мы черпали эту информацию не разбирая: буддизм, Евангелие, карма, бессмертие души, толстовство. Для нас все было едино, а любая конкретная церковь казалась ограничением на пути к познанию. Я прочитал в самиздате книгу американского врача Раймонда Моуди «Жизнь после жизни», где люди, пережившие клиническую смерть, говорили о том, что за «порогом» продолжали чувствовать, видеть и слышать; делились своим мистическим опытом, говорили о том, как им было хорошо после смерти. Меня это очень воодушевило. Из потока религиозных новостей я выбирал самые успокоительные вещи, и вскоре даже решил, что знаю, » что такое Бог». Я ему дал философское определение: «Бог — это смысл существования вселенной», и был почти счастлив.

Как вдруг внезапно пришла беда: я заболел. Однажды ночью я ощутил немыслимой силы страх — мне показалось, что я умираю. Ощущения напоминали давнишний сон, только теперь это было уже наяву…

Врачи сказали, что у меня невроз с «фобическими состояниями», т.е. страхами. Организм мой был физически здоров, но голова кружилась, сердце болело, и бояться я не переставал. Моя легкая вера стала от этого рушиться. Стараясь разобраться в том, что происходит, я прочел книгу о неврозах знаменитого психиатра Франкла. Он писал, что невроз происходит из-за «фрустрации смысла», т.е. потому что человет не понимает, зачем живет. Но как это может быть со мною! Ведь я был религиозен, старался всех любить, читал Толстого, «Науку и религию», «знал», что такое кое Бог и верил в жизнь после смерти?! Я много работал, увлекался общественными делами, жил полной жизнью… У меня было все!

И вдруг я понял, что это мое «все» — просто хаос разных вещей. А хаос-то ведет в никуда!. Я стал читать о религиях внимательнее, и чем больше читал, тем отчетливее видел противоречия между ними. Стало ясно, что истину не найдешь между страниц, вырывая из каждого учения по предложению — и либо в какой-то религии истина есть во всей полноте и ее надо принять, либо я обречен верить только себе самому.

А как верить в себя, если смерть буквально в глаза заглядывает?!

И когда я это понял, что нужно выбирать — выбор сделался как бы сам собою. Я стал православным христианином, выбрал православие. И много раз после благодарил Бога за это».

Виктор Н., 33 года

Фома

Прочитано 39 раз
Поделиться этой статьей

Похожие статьи

Помню, на следующее утро я вышел и шел как в преображенном мире; на всякого человека, который мне попадался, я смотрел...
Не знаю, можете ли вы представить, что человек живет в доме, где нет абсолютно ничего. В его комнатке стояло несколько...
Вспоминаю, как однажды родственники меня наказали за то, что ослушался их и стал ходить в храм – они потребовали,...
«Боже мой, я восхваляю Тебя. Мне не пришлось делать ничего великого для Тебя, потому что Ты всегда Сам заботился обо...
Не чувствую Бога. Вечная проблема большого количества людей, которые просто не ощущают никак Его присутствия в мире....
Так случилось, что с детства меня никогда не покидало очень сильное чувство одиночества. Я была твердо убеждена –...

Оставить комментарий

 

         

 

Богослужения

Будни: 06.00 - полуночница, молебен с акафистом свт. Иоанну.

19.30 – малое повечерие, каноны, вечерние молитвы

 

Воскресные и праздничные дни:

16.00 - Всенощное бдение

08.00 - Молебен с акафистом свт. Иоанну. Божественная Литургия

Монастырь открыт с  6.00 до 20.00

 

Наш адрес

3700 Украина,

Полтавская обл.

Пирятинский район, 

с. Калинов Мост,

ул. Леси Украинки, 31,


тел. +38 068-4493408

e-mail: svtioann@ukr.net

скайп: ig.serapion

сайт: www.kalinovmost.org.ua

 

Top
We use cookies to improve our website. By continuing to use this website, you are giving consent to cookies being used. More details…